Kantai Collection FRPG

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Kantai Collection FRPG » Мирное время » [ЦБ] 06.04.2025 “Майо”


[ЦБ] 06.04.2025 “Майо”

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

1. Время действия:
Позднее утро стремящиеся к обеду.

2. Погодные условия:
Утром шестого июня слабая облачность и сильный ветер, ближе к вечеру по метеосводкам обещают слабый дождь. Всё ещё довольно прохладно, особенно под вечер возможны заморозки.

3. Место действия:
Центральная База ОВМФ, учебный корпус.

4. Участники:
Тяжелый крейсер Вейнтисинко де Майо; Лёгкий крейсер Слава.

5. Сюжет:
Она была плохой ученицей. Слабым и негодным "кораблём" боящимся боя и не любившим море. Такой её запомнило большинство учителей и инструкторов. Может быть такой её запомнил и де Майо. Прошло время и непутёвая ученица стучит в дверь своего наставника. Ей нужен совет, того, кто научил её всему.
[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

Отредактировано Slava (2016-06-09 17:58:15)

2

Прошло уже почти три недели с небезызвестных событий, но на Центральной Базе по-прежнему ощущалось что-то неестественное. Возможно, эти чувства возникли под давлением произошедшего, повлияв на субъективное восприятие и открыв то, чему раньше не уделяли столько внимания. Сами собой разумеющиеся ранее мелочи стали выбиваться из общей картины и теперь словно не приходились к месту. И если всё это действительно не было временным явлением, то ОВМФ больше никогда не станет прежним. Де Майо по-прежнему не мог отделаться от циничной мысли, что теперь они не военная школа для детей моря - почти как в какой-нибудь популярной японской франшизе, хах, - а хоспис, своя особенная больница для безнадёжных больных.
И многие здесь теперь проходили через взаправдашние пять стадий принятия смерти. Так казалось, во всяком случае. И переубедить себя чем-то позитивным было довольно затруднительно. Побеги, истерики, бессонница, пропавший аппетит, длинные очереди к психологам, не менее длинные списки лекарств. Всё это давно улеглось и даже чуть помутнело, подзабывшись, но ведь лихорадки так запросто не проходят, верно? Так и Два-Пять - кажется, что отыскал свой собственный ключик к спокойствию, но всё равно продолжал неустанно возвращаться к прежним тяжёлым думам да травить себя сигаретным дымом, пытаясь заглушить им неясные ощущения в груди.
На удивление, канмусу смог не выпасть из привычного ритма жизни, стараясь придерживаться исполнения своих обязанностей. Правда, каждый божий раз приходилось спотыкаться о последствия всё тех же событий трёхнедельной давности, но тяжёлый крейсер упорно отказывался сбавлять ход или менять курс. И продолжал цепляться за отлаженный график, хотя, по справедливости заметить, выходило не столь же эффективно как всегда. Вейнтисинко плохо представлял, что должен говорить своим подопечным в таких ситуациях. И поэтому уверовал, что лучше не менять акцентов, будто ничего и не произошло. Пытаться передать собственную уверенность другим, хотя уверенности этой не было и в помине. И финна закономерно беспокоили опасения, что когда-нибудь ему зададут по этому поводу неудобный вопрос, на который он не сможет дать чёткого ответа.

Пытаясь проглотить "скучные" гренки - надо же было так забыть купить продуктов, - де Майо уныло возил карандашом в очередном учебном плане. В таблице наметилась уйма изменений, копившихся бог весть сколько, и теперь предстояло раскопать всю мешанину. И хоть на это дали целую неделю, но ведь потребуется же ещё донести всё до учеников, чтобы не пришлось вновь форсированно нагонять план. Последнее и так уже грозилось стать традицией, а такая перспектива аргентинскому кораблю приходилось крайне не по душе.
Придя к мысли, что рисовать схемы будет перебором, Два-Пять тяжко вздохнул и поплотнее придвинул объёмную связку папок к приоткрытому окну, чтобы оно не постукивало от сильного ветра. Погода продолжала "радовать" переменчивостью и, вкупе с занятиями близ пирса, которые следовали почти сразу за обедом, нагоняла уныние. Совсем никуда выходить не хотелось, хотя когда-то бы Май порадовался такому свежему дню - всё-таки жару он недолюбливал больше любого другого явления. И ведь не было почти никаких сил сосредоточиться на деле, крейсер продолжал ёрзать, поглядывая на так и недоеденные гренки, и перебирал в голове всё что угодно, но не варианты, которые ему сейчас нужнее всего. В конечном итоге, он собирался уже выйти покурить, когда в дверь постучали.
- Открыто, - ответил он, убирая пачку сигарет и надеясь одновременно на противоположные вещи: что задержат его несильно и он скоро вернётся к своей вредной привычке и что дело-разговор окажется заметно продолжительным и этим даст ему моральное право подольше не возвращаться к работе.

3

Восстановленный учебный корпус на первый взгляд почти не отличался от того, что запомнилось Глории при её последнем посещении этой части базы. И лишь подойдя ближе можно было увидеть оставшиеся шрамы на стенах, где новая кладка и отделка выдавала себя своей свежестью на фоне остальной стареющей части обветренной бризом и пропитавшейся морской солью и посечённой осколками.

Подойдя к входу, Света уже окончательно  выбросила из головы парня с фотоаппаратом, решившего запечатлеть девчонку с цветком и, перехватив тяжёленький объёмный глиняный горшок с торчащим из него бамбуком, жёсткими листьями упирающегося ей в щёку, вошла внутрь. Здание, снаружи выполненное в европейско-континентальном стиле, внутри было под копирку слизано с японских школ, представление о которых было не трудно получить, посмотрев пару молодёжных местных фильмов о буднях школьников-островитян, или любое из бесчисленного множества “аниме”, с какой-то не объяснимой любовью для любого жителя континента тяготеющих к этой тематики.

Постукивая низким каблуком своих ботиночек по деревянному полу из тика, крейсер прошлась по коридорам, поспрашивав у случайно пойманных людей, где можно было найти её старого инструктора. Ответы в обоих случаях оказались разными, отправляющих девочку едва ли не в разные части учебного комплекса, но каждый сошёлся на том, что если там его нет, то он наверняка “у себя”. Выбор куда идти – словно кидать монетку: орёл или решка? Пирс, или классы? Слава выбрала “ребро” направившись туда, где должен был находиться чахнущий крейсер, если его не было бы и ни там и ни там.

Дверь красующуюся свежей краской, но без надписей и табличек, номеров и прочих опознавательных знаков. Остановившись перед ней, Света не сразу решилась постучать, и простояла минуты две, просто переминаясь с ноги на ногу. В голове даже мелькнула мысль – оставить презент для своего бывшего учителя у двери, а сомой просто уйти и постараться забыть, затолкать по дальше свою глупую идею. Было как-то до не возможности неудобно заходить туда и вновь встречаться с ним, и она даже ведь не знала толком, что ей спрашивать, какие задавать вопросы, и хочет ли она на самом деле вообще связываться с этой непонятной, отдающей какой-то потусторонней мистикой связью? Но ведь с другой стороны, именно ради ответов она и пришла, верно?   

Собрав свою решительность в кулак и набрав побольше воздуха в грудь и затаив дыхание, Молотова тихо и деликатно постучала костяшками пальцев по дереву. Ей ответили, хотя в тайне девочка наверное наделась на тишину, что станет оправданием для: “его нет, наверное занят, зайду как-нибудь в другой раз”. Причём знакомый голос, который даже запертая дверь не могла исказить достаточно, что бы она его не узнала, он теперь вынуждал за “а” тянуть “б”, и дёрнуть ручку.

Приоткрыв дверь и сначала сунув в небольшую щель носик и заглянув внутрь, что бы уж точно убедиться, что там таки именно тот самый тяжёлый крейсер в отставке, что ей был нужен и отвертеться и дать задний ход, теперь точно не выйдет, девочка бочком просочилась в комнату, и так же тихонечко прикрыла за собой дверь, замерев секунд на десять у входа.

Вспомнив, что она уже не ученица, по крайней мере, здесь, и ей не обязательно мяться у входа, словно на приёмами в учительской, Света прошла дальше к столу и, поставив увесистый горшок на стол, скинула с головы капюшон своей зелёной курточки.

- Здравствуйте, Майо, - не уверенно улыбнулась она мужчине и чуть склонила голову на бок, с лёгким интересом глядя на инструктора: узнает её, или нет? Не так много времени прошло, а поток новеньких в ОВМФ довольно мал, словно в захолустном провинциальном городишке, лишь на бумаге городом гордом и звавшимся. С другой сторона, она была не тем кораблём, который хочется запоминать и оставляет после себя яркие впечатления, хотя именно для Майо и был такой повод, чему бамбук свидетель.

– Помните меня?

[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

4

Беспокоиться по тому поводу, что помещение находилось в несколько беспорядочном виде, было уже поздно, поэтому де Майо лишь радовался, что ничего действительно критичного на виду не наблюдается. Грязных носков - которых и в чистом виде у него почти не сыскать, но образ-то какой стойкий, не откупиться - нигде не валялось, как и гор всяческого мусора вне положенного для него места. Только ящик из-под документов, которые ещё вчера требовалось отнести в архив, стоило убрать с прохода - и будет почти уютно, да.
Впрочем, пришла не пожарная инспекция, чтобы журить его за захламлённость - которую они, кажется, могли бы найти и в пустой комнате - и опять читать лекции про курение только в особо организованных для этого местах. В чём-то даже оказалось успокоительным, что пришёл не кто-то взрослый. Это почти исключало очередной наплыв работёнки, за которую часто даже не думают приплачивать. Не сказать, что финна действительно столь сильно заботила корыстная сторона вопроса, но когда нужно некое моральное право, чтобы не брать все подряд посторонние дела, то деньги вполне для этого сойдут. Совесть чуть-чуть грызла, но это было справедливой платой в данной ситуации.

Быстрый перебор предположений о личности гостя толка почти не имел, но помогал разгонять вакуум из-за разброда мыслей. Хорошенько сосредоточиться всё никак не выходило, а ведь ситуация вполне себе простая. Кажется, стоило уже признаться самому себе, что теперь пяти часов для сна категорически не хватает. Накинутый капюшон чуть не вызвал лёгкую волну возмущения - мы в помещении всё-таки, - но большой горшок в руках посетителя здорово отвлёк от таких мелочей. Два-Пять даже не сразу вгляделся в первое за сегодня чужое лицо, настолько растение показалось ему неуместным. Впрочем, это навевало воспоминания. А уж стоило услышать голос, так всё более-менее становилось на свои места.
- Разумеется, - ответил Ниеминен, добродушно и чуть облегчённо хмыкнув от вида девушки. - Доброе... утро, лёгкий крейсер Слава.
Имя гостьи не вызывало вопросов или затруднений, а вот со временем пришлось свериться, предательски долго оценивая время суток. Впрочем, справедливости ради, варианты оказались почти равны, а потому выбор между ними - действительно труден. Во всяком случае, для Вейнтисинко в его нынешнем состоянии духа всё выглядело именно так.

Не желая сильно зацикливаться на этом, канмусу поспешил переключиться на иные мысли. Например, на табель успеваемости своей бывшей ученицы. Или что-то ещё её касающееся. Мало ли чем ещё можно доказать, что он её вполне хорошо помнит.
Да, де Майо имел привычку помнить всех, у кого ему доводилось быть инструктором - и не только их. А также многие факты о них в довесок, иногда даже вплоть до водоизмещения оригинального корабля и списка "родственных" судов, не говоря уже о настоящем имени и фамилии. "Зачем ты вообще паришься по этому поводу?" - спрашивали его иногда, когда финн всерьёз закапывался в воспоминания, дабы освежить подзабытые пункты. Но он никогда не находил бессмысленным чужие даты рождения, дни закладки корабля и поступления на службу. Возможно, это лишь потому, что запоминать числа и комбинации легко, особенно когда математикой и шахматами ты в своё время начал увлекаться заметно раньше, чем, например, девушками. "Это же нерационально," - говорили ему, простодушно полагая, что рационализму здесь действительно есть место.
Впрочем, какое дело Славе до таких заморочек своего некогда наставника? Тяжёлый крейсер разумно решил, что ничего больше к своему ответу добавлять не стоит, как и ворошить прошлое без надобности.

- По какому поводу решила меня проведать? - всё же поинтересовался Вейнтисинко, чуть покосившись на новенькое в этой комнате растение. Не по делам же ботаническим этот визит девушки, верно? С другой стороны, и по более насущным вопросам ученики его своими посещениями почти никогда не баловали. Стоит, наверное, быть благодарным, что сейчас к нему вообще зашли.

Отредактировано Veinticinco de Mayo (2016-06-14 15:32:55)

5

Надо было признаться самой себе - приятно было знать, что спустя пусть даже не слишком долгое время, тебя помнят и могут назвать по имени не зависая в кулуарах своей памяти по несколько минут с взглядом полным сомнения и растерянности, пытаясь из множества имён угадать подходящие твоей мордашке. Маленькая такая вроде бы мелочь, которая приятно греет и льстит, особенно если ты была молчаливой серой мышкой, и главная твоя отличительная черта – пара разноцветных глаз, и то один из которых ты прикрываешь, что бы даже это не сильно бросалось в глаза.

Девочка скромно улыбнулась, кивнув, подтверждая верный ответ, с толикой благодарности во взгляде. А заметив лёгкую заминку своего бывшего инструктора в попытке определить: Солнце на небосклоне только встаёт, или быть может день уже клониться к часу поражению светлоликого Ра? Не упустила возможности безобидно подтрунить над ним, как одним из когорты вечно ворчащих учителей на пропущенные сроки сдачи работ и опоздания своих подопечных:

- Ум... снова все в работе, а время летит так быстро и не заметно?

Усмехнувшись в кулачок и обойдя стол, девочка отодвинула стул и уселась на самый его краешек. Минутка веселья улетучилась и смерилась на её лице беспокойной не уверенностью. Руки нервно мяли друг друга, а взгляд то и дело метался то в одну сторону, то в другую, по относительно прибранной комнате, цепляясь за все, что хоть немного выделалось: ящики, документы, не до писаный план, блюдце с парой гренок и прочие мелочи и не очень.

Слава явно не знала, с чего начать, и нервничала. Попытки по пути сюда всё же хоть общий план разговора накидать у себя в голове ожидаемо провалились, лишь ещё больше напутав мысли и испортив даже те удачные формулировки, что ей удалось ранее составить. А ведь разговор был важный для неё, и, наверное, довольно личный для него. Во всяком случае, как она знала, другие кораблики очень неохотно распространялись о подробностях контракта и то, как он влиял на их жизнь и их самих. А ведь именно в этом и был один из главных беспокоящих её вопросов, который мог с лёгкостью разметать её, казалось, очень удачно и красиво сложившийся недавно план, который мог на проверку оказаться ветхим карточным домиком.

- Когда я училась ещё… - решившись наконец, после затянувшейся паузы, начала Света, глянув на бамбук, словно ища у растения какой-то поддержки или подсказки, а на деле, попросту избегая смотреть на Майо. – Нам рассказывали о “Контрактах”, между детьми моря и адмиралами… в очень… общих чертах.

Это была довольно обтекаемая формулировка о фактическом вакууме вообще хоть сколь-нибудь внятной подробной информации о контрактах в свободном доступе, кроме заманивающего списка плюсов сулящих силу. На её памяти даже многие адмиралы явно демонстрировали полное не знание сути вопроса. Смотря зачастую на них как на какую-то диковинную мистическую Вуду, бывшей своеобразной вишенкой на торте всего того безумия с душами кораблей и ожившими утопленниками в сопровождении армады монстров. И Слава думала, что это всё совсем неспроста, отчего и боялась, как бы ища способ немного облегчить себе жизнь, не подписаться на сделку с дьяволом, воплощением или посредником которого становила Адмирал Флота, если припомнить, что именно через него всё это делалось.

Если в таком ключе думать, то просто мурашки по коже бегали от жути. Но вот же Майо. Сидел перед ней и вроде бы не походил на обманутого сатаной мученика. Вроде бы. Да и Фурия цвела и пахла, несмотря на свой возраст, свидетелем которой был лишь тяжёленький характер – одна из причин, почему она здесь, а не у неё. И это внушало надежду, что просто у кое-кого слишком пессимистичное воображение. Пусть и редко оказывавшееся далёким от истины.

- Я бы хотела знать о них больше. Вы ведь заключили контракт с…

“Забыла!”

- …с адмиралом, - тут же исправилась Света после недолгой заминки так и не вспомнив имени адмиральши, и слегка покраснев от стыда, -  и… и знаете как это на нас... и на них… действует. 

Совсем сбившись, девочка подняла на него взгляд и тихо добавила:

- Расскажите, пожалуйста. Вы ведь долго с этим жили, вместе. 

[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

6

"Да, что-то в этом роде," - хотел ответить Май на смешок девушки, но это, кажется, было лишним. Оно ведь и так понятно, что со временем у него сейчас нелады, а длинно и нудно оправдываться, дескать, сон уже не тот и тому подобное - смерть любому свободному разговору. Надо оказаться совсем деревянным, чтобы не понять - учитель не должен жаловаться ученику на свои неурядицы, даже в таком виде. Всё должно быть наоборот и, судя по изменившемуся лицу Славы, так и случится. В голову на секунду прокралась циничная и эгоистичная мысль, что ему совершенно не хочется участвовать в каких-либо тяжёлых разговорах о подростковых проблемах, а потому неплохо окажется, если гостья просто раздула из мухи слона и всё сможет решиться банальным ответом в стиле подростковых же драм. Но принципы быстро напомнили о себе, сильно "зачесавшись" от подобных дум. У финна и так не очень удавались хорошие отношения со всеми подопечными, поэтому не стоило лишний раз падать в грязь лицом, отмахиваясь от просьб и вопросов. Какими бы они не оказались.

Нервное состояние лёгкого крейсера потихоньку передавалось тяжёлому и тот уже сам готов был прервать неожиданно повисшую паузу. На языке завертелось ещё больше подозрений насчёт этого визита, среди которых мелькали даже такие смелые, как: "Ты что беременна?". Совсем чуть-чуть оставалось до Рубикона, но девушка всё же заговорила, сразу разрядив обстановку. "Ох, вот оно что," - и тут же подогрев её вновь упоминанием контрактов. Это оказался вопрос не из тех, что опасался Два-Пять, а зря. Как жить дальше после речи Бисмарк и как умудряется жить он - это лишь вершина айсберга.  А сейчас удар пришёлся в самую суть, обходя все наводящие и поверхностные вопросы, ответами на которые можно было бы отвести "угрозу" от особой темы. Или хотя бы смягчить последствия.
Вейнтисинко растерянно потёр висок, а потом и бровь. Захотелось от души помассировать всё лицо, но парень остановился, просто уперев все пальцы руки в щёку. И непроизвольно отвёл глаза, так и не встретившись взглядом со Славой, решившей в этот момент посмотреть на него. Просьба не была сверхсложной, но касалась в чём-то сугубо личных вещей, о которых рассказывать, кажется, не везде принято.

- Очевидно, ты не о том контракте, который закрепляет флотилию за адмиралом, - смирившись, что играть словами и понятиями бессмысленно, всё же ответил он, когда вдоволь нагляделся на лёгкий творческий беспорядок на своём столе. Правильные слова не шли, поэтому инструктор решил начать издалека.
Подобные вопросы - не его стезя. Для ответов на них где-то должен быть совершенно иной человек. Но Онни не знал его точных координат, а Света, очевидно - и подавно не ведала. Вот, получается, она и пришла к такому "великовозрастному" канмусу, как де Майо. Довольно очевидный шаг, коли он на три года "переработал" лимит, которым всех запугали.
- По-хорошему, не я это должен тебе рассказывать, - тяжёлый крейсер всё же позволил себе явно выразить своё слабое сопротивление, продолжая осторожно взвешивать все "за" и "против" насчёт разглашения этой темы. Впрочем, он и так уже косвенно подтвердил существование контрактов второго рода, не попытавшись списать своё долголетие, например, на отменное здоровье и правильную диету. Глупо, видимо, ходить вокруг да около, но Вейнтисинко продолжал осторожничать:
- Чего ты ждёшь от этого контракта? - и вопрос даже неожиданно показался вполне уместным. Ведь если Слава хочет просто выделиться или ещё что в таком роде, то не лучше ли станет отговорить её от этой затеи? Всё-таки договор, касающийся близких отношений адмирала и канмусу - не покупка нового велосипеда. Может статься очень больно, если что-то "не так ляжет", а подобного Май допустить не мог, даже если ему придётся для этого поступить грубо и солгать.

7

Подняв взгляд на своего бывшего инструктора, Света с ужасом увидала, как Майо отвёл свой. Он растерялся и был явно не очень рад такому обороту, едва начавшемуся разговора, и лёгкий крейсер всерьёз забеспокоилась, что худшие её опасения окажутся верны. Он просто сейчас завернёт её и отправит к кому-нибудь ещё.

Поджав губы и смяв в кулачках ткань штанов, девочка молча выжидала, не сводя просящего взгляда с Майо, про себя прося сама не зная кого, что бы он не отказался ей отвечать, не убежал, сославшись на срочные дела, или ещё что-нибудь. Но пауза мучительно затягивалась утопая в тиши комнаты, так что слышно было как в окно бьётся сильными резкими порывами ветер, а за стеклом поскрипывало небольшое деревце, шелестя рябью мельтешащих листьев от сильных порывов воздуха.

- Очевидно, ты не о том контракте, который закрепляет флотилию за адмиралом, - наконец то ответил он, посмотрев на нервничающий крейсер.
Света сразу же коротко кивнула, подтверждая и не давая поводов для разночтений.

- По-хорошему, не я это должен тебе рассказывать.

"Ну же, пожалуйста! Майо!" - мысленно взмолилась Света и ещё сильнее сжала кулачки предано смотря на мужчину. 

- Чего ты ждёшь от этого контракта? - Наконец выдал инструктор.

Света чуть расслабилась, ещё оставался шанс, хотя сейчас он покупал просто время, что бы ещё подумать и быть может ухватиться за что-нибудь. Хотя может и вправду это было важно, и по правде говоря, она ожидала этого вопроса с самого начала.

- Ну... - вздохнула девочка, почесав кончик носа и облизав губы. Она ненадолго скосила глаза на бамбук, но продолжив говорить, снова смотрела на Майо - Это... это вопрос выживания. Моего. Как бы вам объяснить... вы может, и не помните уже, но я была не очень сильным и успешным "кораблём". Наверное, из всех учащихся, я поставила рекорд по сроку в ходе которого числилась на "обучении". Меня редко назначали на опасные и важные операции, ни один адмирал даже не думал взять меня к себе во флотилию, я вообще не часто выходила в море. И так я почти год прожила. Потом кому-то наверху надоело это и, меня приписали к вице-адмиралу Альваро, для "дообучения". И знаете, что сделал мой адмирал со слабым и малоопытным кораблём? Отправил в бой против принцессы на Бермудах.

Крейсер горестно усмехнулась и посмотрела в окно, где хмурилось утро, лениво перерастая в такой же хмурый день.

- Мной он просто надеялся прилизаться к важной операции. Если победа - его имя в списке героев, что плюс для личного дела. Нет - не велика потеря. Кому нуден бестолковый крейсер? Потом его отношение немного изменилось... - девочка слегка покраснела и опустила взгляд , провела по столу рукой и как-то резко перескочила дальше, явно проглотив какой-то кусок своего рассказа. -  Позже у меня было ещё два адмирала, к последнему назначали вот на днях, с ними повезло лучше, хотя как сказать, одного я практически так и не узнала, а о втором ещё ничего не успела узнать. Но, так или иначе, получается, что за три месяца я успела сменить трёх командиров и флотилии, и это довольно тревожная тенденция. Сколько я пробуду у текущего? И каким окажется следующий? За это время я успела побывать много где, и увидеть самое разное отношение командования к с своим "кораблям". От тех, кто искренне переживал за наших, и тех, кто готов был легко угробить с десяток детей моря ради собственной выгоды, и даже не славы или положения, а просто ради денег. Другие же не задумываясь, жертвовали целой флотилией, ради шанса уничтожить уникальную особь глубинных. Очень не просто потом выходить в море и сражаться, когда на тебя в прошлой миссии сбрасывали ядерную бомбу. И последнее это не шутка и не преувеличение. К сожалению.

Повернув голову снова к Майо, Молотова шумно вздохнула.

- И поэтому, я надеюсь связать себя с тем, кому не плевать, вернусь я или нет. С тем, кому я могу доверять и не бояться уходить в море, зная, что сражаюсь не напрасно, и возвращаться обратно, зная, что на берегу смогу жить, насколько это возможно для нас, нормально… теперь, когда наверняка ясно, что у нас нет никакого будущего, сохранить и прожить те осколки жизни что остались, особенно важно ведь...

[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

8

Не трудно было догадаться, что некоторая нервность преследовала сейчас не только де Майо. Беспокойные пальцы девушки, то теребившие одежду, то вздымаемые к лицу, выдавали с головой её настрой. Даже такому отстойному психологу, как Онни, становилось понятно без лишних слов - тема разговора действительно решающая для Славы. Возможно даже, что основополагающая для всей дальнейшей жизни. И от этого становилось лишь всё более неуютно. Ведь одно дело - учить канмусу выживать и сражаться, обеспечивая им определённую базу для устройства своего будущего, а другое - "вбить" какую-то нетривиальную правду жизни. Вполне может статься, сломав тем самым что-то важное для собеседницы. Вейнтисинко не был уверен в подробностях и оттенках, но никак не мог отделаться от подобного впечатления.
С другой стороны, им уже вбили кое-что. Бисмарк, раскрывая правду - в которую тяжёлый крейсер до сих пор старался не верить, - оказала всему ОВМФ медвежью услугу. И вот теперь аргентинский корабль здесь и прямо сейчас сталкивался с последствиями такой помощи своего престарелого коллеги.

Два-Пять тоже не удержался от того, чтобы тронуть собственное лицо, словно надеясь, что этот жест поможет ему решиться. Он смотрел на говорившую девушку, слушал её историю - к сожалению, столь типичную для многих канмусу - и понимал, что стоило отнестись к недавним событиям куда серьёзнее. Избегать чего-то подобного, уповая на удачу или неправдоподобность происходящего, становилось исключительно глупо. Ему ли не знать до чего может дойти, если не воспринимать все возможные тактики оппонента всерьёз, отсеивая те, что кажутся абсурдными. Он столько лет боролся с однобоким мышлением, но и сейчас по-прежнему сталкивался с ним. Стоило делу выйти за пределы абстрактных задач, как оно начало давать сбои.

Прикрыв на пару секунд глаза, Ниеминен наклонил голову и хорошенько почесал шею, чтобы хоть чуточку взбодриться и определится с мыслями. Получалось всё так же плохо, поэтому он решил начать издалека, почти следуя примеру Славы, начавшей с самого своего обучения.
- Когда я служил на Кипре, - он неопределённо покачал рукой, - всего этого не было. Я имею в виду, никто не знал, что за двадцатилетием нас может ждать что-то плохое. Просто все думали, если паразит угаснет, то мы станем, хм... вновь обычными людьми, - слова давались с некоторым трудом, поэтому местами Май замолкал, подбирая выражения поточнее. - Начнём учить новое поколение и даже адмиралами заделаемся, - на секунду он криво улыбнулся, чуть фыркнув, - либо вернёмся к прежней жизни. Той, что была раньше, до снов про море и грохот орудий.
Самому финну такое почти не снилось, только про море. Его прообраз был слаб и не участвовал толком в войнах. Кораблю просто повезло - или не повезло, как знать - существовать в период Второй Мировой войны. Всё остальное за него сделало нечто, некий феномен, создавший души погибшим кораблям и поселивший их в детях. Но Онни прекрасно понимал ощущения тех, чьи сны оказывались несоизмеримо ярче его собственных. По каким-то необъяснимым причинам это было нетрудно.

- Контракт почти не был известен. Тогда, если о нём и знали, то считали чуть ли не оккультной белибердой, - Вейнтисинко пожал плечами, как бы соглашаясь с таким мнением. - Впрочем, в Год Утопленника все думали то же самое и о существовании паразитов. Возможно, что-то в этом есть. Когда Керен рассказала мне о контрактах, - продолжил он, даже не замечая, что называет своего адмирала не "по уставу", - мы восприняли это как очередную шутку любителей эзотерики. Впрочем, оно засело у нас в головах и мы потратили многие вечера, рассуждая на эту тему. Божественное вмешательство, инопланетные эксперименты, ноосфера и коллективное сознание. Что только мы не придумывали, силясь найти правильный подход. Хм, "любая достаточно развитая технология неотличима от магии," - чуть меняя голос, крейсер отделил цитату от своих собственных слов, - сошлись на этом, так и не придумав убедительную теорию тому, чья же это технология и как она возникла.

Его монолог выходил длинным и бессмысленным, что даже сам де Майо стал это понимать. Но дать на просьбу Славы окончательный ответ он всё никак не решался. Замолчав ещё на несколько секунд, канмусу в задумчивости постучал себя по подбородку.
- Даже не смотря на всю фантастичность, - финн тихонько пододвинул к девушке тарелку с остывшими гренками, когда вновь заговорил, - мы всё же согласились заключить контракт. Не для того, чтобы продлить мне жизнь, ведь не было причин об этом заботиться. Не для усиления боевого потенциала, хоть и ему после нашлось место. - Паузы между предложениями стали ещё заметнее, чем до этого. - В нас всего лишь горел дух авантюризма и мы верили, что вместе нам всё по плечу, даже столь неизведанное. - Тон тоже стал чуть тише, словно Два-Пять постепенно терял силы. - И мне хотелось остаться на Кипре, а не возвращаться на ЦБ после списания.

Последнее признание, возможно, оказалось лишним, на Вейнтисинко старался не обращать на такой "огрех" внимания. Лучше считать этот шаг безвозмездным актом искренности, коли они дошли до такого разговора.
Ещё чуть помолчав, он продолжил уже с прежними интонациями:
- Контракт - это не причина для взаимного доверия между канмусу и человеком. Это его результат и никак иначе. То есть, сначала нужен адмирал, на которого ты можешь положиться и который в тебе уверен, а уже потом можно подумать о соглашении. Это если в общих чертах, - пояснил он своё заявление.
А ведь есть ещё куча мелочей, насчёт которых Онни даже не знал - рассказывать их сейчас или не стоит. Во всяком случае, он ещё лелеял надежду, что где-то есть человек, который куда лучше введёт Славу в курс дела. И что он обязательно появится в её жизни ровно в нужный момент, когда девушка найдёт того, кому могла бы доверить выстрелить в маленькое яблоко у себя на голове. Или сможет отговорить от всего этого, если найдётся место ошибке или ложной уверенности.

Отредактировано Veinticinco de Mayo (2016-08-02 07:41:26)

9

Было видно, что для Майо этот разговор выводил за зону комфорта и возможно, компетенции. Но он честно старался аккуратно подойти к вопросу, хотя и не знал видимо, с какой стороны за него хвататься. Всё-таки быть инструктором, ещё не означает оказаться тонким психологом с готовым ответом на все случаи жизни. К тому же, только сейчас смотря на то, как мужчина прикрыл глаза, что-то решая для себя или пытаясь построить верный ответ в своей голове, Света подумала - а какого самому вот этому парню сейчас? Всё это?

В итоге он начал, как и она, свою мысль откуда-то, откуда всё началось, плавно ведя к её вопросу. Возможно, так же как и она, желая показать общую картину, и что привело его к тем или иным мыслям и выводам, а может, вместо: «ну», «эм», «так» и ещё целой армии междометий и не вразумительных звуков для самого себя выигрывал время, что бы таки решить, как и что сказать.

Но она не перебивала и не торопила, сейчас похожая на ту самую его ученицу, что сидела в аудиториях на лекциях практически год назад – тихая, с внимательным, серьёзным взглядом разноцветных глаз. Правда сейчас, особенно вблизи, на её лице был видна тень накопившейся усталости от тревог и других нервотрёпок.

На пододвинутую тарелку она лишь ненадолго скосила взгляд, и не глядя, потянувшись кончиками пальцев, ухватилась за её краешек, медленно подтянув к себе, но пока Майо не закончил, так и не притронувшись к предложенной еде.   

- Повезло вам, найти в своём командире друга и товарища, - с неприкрытой горечью заметила Света. Взгляд скользнул по гренкам, а после прошёлся по комнате, быстро найдя на своём привычном месте электрический чайничек, на который девочка кивнула: - Можно?

Встав и пройдясь до него, она приложила к еле тёплому пластмассовому боку ладошку и проверила уровень воды. Щёлкнула рычажок на «попе» скоростного водонагревателя, и так и осталась стоять, смотря на него, дожидаясь пока вскипит, а сама, прокручивая ещё раз рассказ Майо о том, как и что, привело его и Карен к контракту.

«Контракт как следствие. Доверие, друзья… мда, что же ты делаешь, Света?» - она понимала, какую мысль попытался донести сейчас её бывший инструктор, и чувствовала себя той ещё стервочкой, пытавшейся выскочить замуж по расчёту. Было и стыдно и завидно и горько, просто обидно. Она ведь тоже хотела бы, что бы её к этой мысли привели не пустившие в сердце глубокие корни страхи, недоверие и чего уж там скрывать – злоба. А, так же как и Майо с его девушкой: вера в друга и желание делать одно дело, идти одной дорогой, смотря в одну сторону, а может что-то даже больше - с какой горечью всё же говорил о том, что ему пришлось покинуть Кипр. 

Чайник успел изрядно расшуметься, громко покряхтывая и из носика уже начала тянуться струйка  пара.

- Я понимаю это, - Света развернулась, боком облокотившись и рукой оперевшись о стол. – Никто не обязан брать меня на поруки просто так или из жалости, не получая ничего в ответ, и прежде чем его заключать, нам ещё предстоит стать… ближе и я не жду что контракт заставит адмирала заключившего со мной меня вдруг, без причины и на пустом месте любить и ценить больше чем я этого заслуживаю. Я это понимаю.
Света скромно улыбнулась.

- И я думаю, у меня есть такой человек, с которым, мы сможем стать ближе, и он согласиться связать себя со мной, - девочка чуть наклонила голову на бок и отвела взгляд. - Или быть может, найду такого вскоре. Но дело не в этом. Я ведь как думаю: контракт, особенно если он выйдет на следующий уровень, меня привяжет к определённому командиру, я стану гораздо более ценной единицей именно под его руководством, в его флотилии. А это значит, что я останусь именно его кораблём, и чаще всего буду выходить в море под присмотром человека которой верит в меня, а я в него. Помните – я ведь начала с того, что мне не очень везло с командирами и что меня пинают постоянно от одного к другому. Я конечно не питаю иллюзий, что всегда буду ходить в море именно под его началом после этого, но определённо, меня передавать в чужие руки должны куда как реже. И я просто…

Громкий щелчок перебил её и, Света запнулась на слове, обернувшись, с лёгким удивлением посмотрев на чайничек, словно успела вовсе забыть о нём. Повертев головой, она по-хозяйски достала две кружки и налила им обоим попить: себе чаю, а для Вейнтисинко, как он любит.
Поставив кружку рядом с инструктором, девочка села обратно на свой стул и сделав  большой глоток, оставила кружку в сторону, подцепив пальцами гренку и накинув её сверху кружки подогреваться на пару.

- Понимаете, я просто хочу знать, прежде чем заикаться или соглашаться на контракт – чем он для нас может обернуться уже после заключения. Мы ведь не просто, становимся сильнее, но связываем друг друга чем-то не понятным и глубоко личным. Как это отразиться на нас и как нам с ним жить? Что мы будем чувствовать по отношению друг к другу? Что будем ощущать? И…

Девочка замялась и сложив ладошки в месте сжала их между ног, и опустив взгляд продолжила гораздо тише. В её словах чувствовались и сомнения и не ловкость:

- Я всякого слышала о этом. От неприличного, - щечки налились лёгким румянцем, -  и наверняка надуманного, до того что всерьёз меня обеспокоило. Вроде того, что Иногда, адмиралы сходят с ума, когда их подопечный с которым они связали себя усиленным контрактом гибнет, а некоторые, не в силах пережить это даже кончают самоубийством. Я, конечно, хочу жить, облегчить свою службу, но не за счёт жизни и страданий кого-то другого, особенно если это человек, в которого я поверила, и который мне стал близок и важен. И… даже если контракт, как вы заикнулись продлевает жизнь, - Света подняла глаза посмотрев на Майо, очень серьёзно. – Что если это отсрочка всего на пару лет? И что будет с адмиралом потом? Контракт второго уровня, как я слышала, нельзя разорвать уже.

[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

10

И ведь, если оглянуться назад, то всего-то год с небольшим произошёл с его отъезда. Одновременно такой маленький, но в чём-то всё же большой срок. Тяжёлый крейсер неожиданно обнаружил, что и не заметил толком, как набежало столько времени.
С одной стороны, они действительно стали меньше общаться. Перестав находиться под непосредственным командованием контр-адмирала Вайнштейн и получив в нагрузку полный рабочий день со внеурочными, порой у него оставалось не так много времени, чтобы поделиться новостями. И ведь стоило ещё учитывать беспощадную разницу в часовых поясах. Казалось бы, всего-то шесть часов, но его свободное утро приходилось на глубокую ночь у Керен, а вечер - на самый разгар чётко распланированного всякими патрулями и операциями дня.
С другой стороны, за этот год набежало немало телефонных звонков и строк обширного архива сообщений в мессенджерах, куда менее требовательных к одновременному присутствию участников. И потому Май не испытывал каких-то действительно горьких чувств из-за того, что теперь он служил на Центральной Базе, а не на Кипре. Просто было чуточку грустно. Во всяком случае, он расценивал свои ощущения именно так. И, возможно, заблуждался.

Слава предпочла "подойди" к предложенным гренкам более обстоятельно, и Вейнтисинко не стал ей в этом препятствовать. Он бы, конечно, предпочёл перелить тёплую воду в отдельный графин и вскипятить в чайнике новую порцию, но в нынешней ситуации все эти бытовые заморочки смотрелись совсем уж мелочно. Финн лишь стянул с тарелки один из кусочков поджаренного хлеба и стал его потихоньку обгрызать по периметру, глядя куда-то в пространство и слушая девушку.
Повезло ли ему? Да, скорее всего. Было много чего из того, что мешало бы оценить его под достоинству, как канмусу. Два-Пять тогда заметно стеснялся своих сапогов - никому из действующего флота не требовались "костыли", а вот ему понадобились. Подобное мало воодушевляло, даже на фоне прошлых злоключений, из-за которых все вокруг считали его бедолагой и вовсе - инвалидом. А ведь ещё оставалось "качество" души корабля, которая ему досталась и с которой ему пришлось мириться. И когда паразит не смог ничем похвастаться, то за дело пришлось взяться носителю. Вот только командованию этого не требовалось, им подавай известных и сильнейших, а умников и хитрецов - извольте не отсвечивать, молодой человек.
Он и не отсвечивал, пока не пришла Вайнштейн. Случись это позже, де Майо бы пожрало отчаяние и чувство собственной бесполезности. Адмирал была новичком, и ей спихнули всякие "огрызки" - среди который оказался и Онни, - свято считая, что на них она лишь подучится командовать, а не попытается создать настоящую флотилию. Но Керен не гналась за покорением собственных вершин. И она не считала ум ненужной характеристикой для канмусу.

В предложенную кружку Колченогий высыпал последние ложки хорошей, как ему казалось, замены чаю - шиповника в порошке. И, эх, надо бы не забыть прикупить ещё.
На последние вопросы Славы Вейнтисинко чуть дёрнул плечом, будто собираясь ответить: "Не знаю". Но не вымолвил ни слова. Он как-то предпочитал сторониться этой темы, когда некие подобные слухи стали появляться с течением времени. Выдумки, преувеличения, ложные выводы - да мало ли что могло таиться за словами о несчастных, покалеченных контрактом второго уровня? Тем не менее, это не уберегло его от определённого мнения на этот счёт. Не самого радужного и простого.
Да, наверное, будь всё не так сложно, то девушка бы не пришла, потому что все бы давно обо всём знали и, возможно, активно бы пользовались. Вероятно даже, что в обязательном порядке. Но контракт затрагивал такие материи, где чей-то приказ ничего не решал. "Насильно мил не будешь," - припомнил финн чью-то поговорку. И эти слова подходили сюда идеально.

- Трудно сказать, - ответил Май, так и не найдя сил прямо врать, и не подобрав слов помягче. - Контракт не даёт пропуск в клуб таких же "вторичников". И для меня это, по большей части, точно такие же слухи, что и для тебя, - отложив недоеденную гренку на краешек тарелки, сказал он. На несколько секунд Два-Пять прервался, глядя куда-то в сторону и тихонько отряхивая пальцы от несуществующих крошек, но после всё же продолжил: - Впрочем, считается, что адмирал связывается не с подчинённым, а с паразитом в нём. А уже через последнего, интегрированного в канмусу, налаживается, хм, линия между людьми. Вероятно, возрастное угасание лишь сотрёт её, не причинив вреда. Например, адмирал Вайнштейн стала реже видеть сны с морем, хоть, возможно, это никак и не связано с моей душой корабля.

Ниеминен ещё раз размешал напиток и осторожно его отхлебнул. Он не хотел пугать Славу, но она, кажется, сама хотела знать все подводные камни, даже если придётся ободрать о них все коленки, но только бы на них не погиб её адмирал, нынешний или будущий. Вот только удовлетворит ли её такое обилие "наверное" и прочих синонимов неопределённости?
- Что до остального, то гибель близких людей сама по себе травматична, даже без контракта. - Скорее всего, слова звучали цинично, но Вейнтисинко ничего не мог с этим поделать. - Возможно, контракт способен передать последние ощущения, заставляя переживать чужую смерть наяву.
"Ох, стоит подобрать другое слово," - запоздало затрещал звоночек, но уже ничего не исправить. Де Майо осторожно глянул на девушку, опасаясь заметить шокированное выражение лица, и добавил:
- Но так ли это на самом деле, я не знаю наверняка.
Впрочем, наверняка уже поздно смягчать сказанное.

Отредактировано Veinticinco de Mayo (2016-09-25 08:20:28)

11

Ей казалось странным, что такая масса вопросов не находила ответов, отличающихся от домыслов и предположений, которых можно было собрать не на один том страшных, нелепых и совсем не приличных сочинений. Неужели им не было интересно, на какой путь они вступили, и что может их ждать дальше? И неужели, им не было страшно брести в этом тумане полном не известности и они не пытались его рассеять? Если не за себя, так хотя бы друг за друга? Света терялась, думая об этом и наблюдая за инструктором.

Вот он дёрнул плечом, как бывало иногда, когда не знал что ответить на каверзный и не приятный вопрос ученика, на который не хотелось отвечать, или он просто не знал ответа. И молчание следом. Не ловкое и тягостное, что вновь начинает казаться, что она залезла, куда не следует, сболтнула, чего не стоило, и будто бы теперь вот-вот и разговор будет вовсе оборван и закончен.

Опустив взгляд, Света машинально стянула не доеденную, немного нагревшуюся и размякшую на пару гренку, продолжив её методично грызть, периодически стягивая со стола кружку и запивая.

Майо вскоре заговорил, но совсем не уверенно, признаваясь прямо, что сам не многое знает. Но ей всё равно было важно  хотя бы его мнение. Всё же, он твёрдо стоял на первой ступени уже не один год, хорошо знал свою вторую половинку, отмеченную этим загадочным договором, и был намного ближе к понимаю того, что происходили и с людьми и с заражёнными. Он мог предчувствовать и интуитивно предвидеть, что могло ждать кораблик и его адмирала дальше, на этом пути, даже не ведая ответа.

И потому, слушая со стеклянным взглядом, смотрящим куда-то сквозь сидевшего перед ней инструктора и механически работая челюстями, девочка старалась ни слова не упустить, тщательно взвешивая каждое из них.

Связь с паразитом. Угасание. Редеющие сны.

«Сны, значит, они и в правду тоже начинают их видеть. Чувствуют ли они, так же как и мы, голод по морю?», - Света слегка нахмурилась думая об этом, как о не добром знаке, подтверждающем её собственные дурные предчувствия.

Паразит ведь, он ведь не «угасал» - это они угасали. А он, просто пережив своего ставшего бесполезным хозяина, искал себе нового носителя. И снова, и снова и снова.
Рико однажды сказала: «мы всегда возвращаемся»; кажется, это она слышала и раньше, от Шарни кажется. Но сейчас эти слова приобретали как никогда мрачный оттенок в мыслях Светланы. И что если та дополнительная «сила», которую получаю заражённые, при контракте с адмиралом - это всего лишь точно такое же заимствование, кража? Паразит делает канмусу сильней, выносливей, быстрее, наделяет порой необычной силой, но взамен забирает их жизнь, будущие, он их убивает...
Что если контракт – это всего лишь дополнительные «дрова» взятые с чужой полки, брошенные в прожорливую, раскочегаренную до предела печь? Ещё одна частичка отобранной чужой жизни?

Кружка коснулась губ девочки, но они так и остались сухими. Она растеряно посмотрела на опустевшую кружку, и подняла взгляд на Майо, но лишь за тем, что бы тут же отвести его, отставляя её в сторону.

Это были лишь голые рассуждения, притянутые за уши тем, что она уже ничего хорошего не ждала, когда заходила речь о «паразите». Но даже понимая это, у Светы язык не поворачивался указать на такой не совсем лицеприятный возможный поворот. Ведь сколько он прожил с этим контрактом? Каково ему будет, даже если просто взять это лишь как маловероятное предположение, при мысли, что он не "сыпется" ещё лишь потому, что крадёт жизнь дорого, во всяком случаи - не безразличного ему человека? 

Ей совсем не хотелось лишать покоя и спокойного сна своего бывшего инструктора, которому была многим обязана, и который даже сейчас шёл ей на встречу и пытался помочь, чем мог. Хотя в глубине души и чувствовала себя тенью Бисмарка, так же скрывавшей нечто важное для них всех, и если одна оправдывала себя «надеждой», то другая: «что это всего лишь домыслы». Но велика ли разница? Вряд ли.

«Противно…» - прикрыв глаза, девочка шумно вздохнула, после чего посмотрела на Майо.

- Возможно, - так не сказа ни слово о своих мыслях, согласилась она с последним, вновь прикрыв глаза и сглотнув, словно представив это.

В русле остальных мыслей, это вполне укладывалось. Как некоторые из них видели в своих снах или в критический момент гибель настоящих кораблей, их агонию и всепоглощающий за ними мрак и пустоту. Так и адмиралы могли видеть подобное, чувствовать, имея опосредствованную связь с паразитом вновь переживавшего "смерть", усиленную агонией гибнущего человека. Одна боль на двоих. Только тут, один её ещё может пережить, канмусу же - никогда.

– Если это действительно так, то можно сказать, это как сделать адмирала товарищем по оружию, затащив в один и тот же окоп. Если вас накроет - каждому достанется.

Задумчиво добавила девочка, приложив палец к подбородку, оперившись локтём о стол.

«Возможно, тогда было бы хорошей практикой - заставить всех адмиралов заключать контракт. Быть может, когда и их шкура окажется под прицелом хотя бы так, они будут беречь свои корабли, а не играть ими бездумно словно шашками на доске…» - мысль была жестока, но лица и слёзы товарищей, друзей… сломавшейся Шарнхорст, всплывавшие в памяти, заставляли сердце обрастать ледяной коркой. Иногда так хотелось бы что бы все эти твари гордо обозвавшие себя "адмиралами" на себе испытали всё то, что выпало на долю детей моря.

- Керен… она никогда… - Света запнулась на слове и мотнув головой, словно отвергая это предположение, продолжила, - то есть вы никогда не замечали за ней, что она испытывала боль, когда вы были ранены, или страх... может перепады настроения, происходящие совместно с вами… и на оборот. Когда ей плохо, может вам словно бы нездоровилось? Или… ну, какие-то другие яркие ощущ… эмоции, которые словно бы передавались друг от друга, даже не смотря что вы не были рядом? Пусть и не ярко выраженные, но всё же, если попытаться припомнить их - заметные и систематические?

[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

12

Поглаживая горячие бока кружки, Май ощущал, что буквально тонет в этом вязком чувстве неясной тревоги. В это болото примешивалось ещё и ощущение собственной бесполезности во всех тех вопросах, которые с такой надеждой задавала Слава. Тяжёлый крейсер как будто что-то и знал, но попросту не мог всё сложить по полочкам, чтобы объяснить чётко и ясно. То ли обрывки информации попросту не складывались в цельную картину, то ли сама суть заражённого отторгала размышления, граничащие с запретными.
Барахтаться в собственных домыслах уже не оставалось никаких сил, но Вейнтисинко было стыдно в этом признаваться своей бывшей ученице. Порой он жалел, что такой добросердечный. Не отказал как сейчас и как в начале разговора. Как почти всегда. Получается, без раздумий он сможет отмахнуться лишь от просьб Глубинных, вечных врагов? Потому что с иными собеседниками такой фокус у него обычно не получается. То и помочь хочется, то и отказаться колется. Сначала кажется, что достаточно преодолеть лишь первый порог. И уже потом в голове колотится: "какого чёрта?" Почти как прыжки с парашютом - ежели выпрыгнул из самолёта, но изволь не возвращаться. Во всяком случае, при нынешнем отношении финна к делу, аналогия получалась подозрительно точной.

Отхлебнув шиповника, де Майо неопределённо покачал головой на слова девушки. Её замечание про окоп показались ему циничным, хоть и верным в какой-то степени. Не ведая, что его гостья думает о том же, Онни углубился в эту мысль и прикинул - если бы все адмиралы имели вторичные контракты, то изменилось бы что-нибудь в лучшую сторону?
Наверное, исчезли бы истории про бессмысленные смерти детей моря из-за безалаберности адмиралов. Даже так - наверняка исчезли бы. Если к чужой жизни можно отнестись легко, то свою человек ценит намного, намного лучше. Есть, впрочем, и те, кому даже это не помеха, но такие в ОВМС не попадают. Даже на Красном море крейсер не припоминал настолько "оголтелых" начальников.
Но это одно-единственное изменение. А что дальше? Против Глубинного Флота требовались решительные и порой даже самопожертвенные действия. Будет ли адмирал, находящийся вдали от боевых действий, но ощущающий на себе давление смерти, способен на что-то подобное. Несомненно, найдутся и те, кто сможет принять правильное решение, но что до остальных? Нынешние времена давно показали - нужными моральными качествами обладают единицы. И их попросту не хватит на всех, если поставить перед собой целью не просто обеспечить каждого вторичным контрактом, но сделать это правильно.
В худшем случае, начальники будут беречь и даже прятать своих вынужденных "фаворитов", отправляя остальных на неоправданные жертвы. По-прежнему отправляя. Тут могло даже показаться, что глубокая связь "адмирал-канмусу" - это не дар, а проклятье. Отрицательный результат развития положительной идеи. Сегрегация по наличию контракта. Тем носителям паразита, кому посчастливилось получить второй апгрейд, достаётся всё, остальным же - ничего.

А Слава тем временем продолжала спрашивать. Май готов был сравнить всё это с допросом, но всё же напомнил себе, с чего всё началось и по какой причине собеседница задаёт такие вопросы. Сам он ни в чём не виноват, лишь оказался заложником ситуации. И даже не именно этой, в его кабинете, а в целом - той, где фигурировал вторичный контракт.
Кружку он давно оставил и сейчас в руках вертел ручку, стараясь хоть чем-то занять пальцы. И ведь он опять ничего толком не знал. Потому что никогда не задумывался. Потому что не хотел этого делать. Потому что... Почему? Нет, наверное, всё же просто не задумывался. Да, именно так.
Задрав голову к потолку и разглядывая плохо забеленную трещину - очевидно, не обойтись без полного переделывания потолка - Вейнтисинко вновь прикидывал правильные слова. И делал это почти безуспешно.
- С одной стороны, да. У нас определённо возникали одинаковые эмоции по одному и тому же поводу. Желание радоваться, сопереживать, всё это было, - вздохнул он, отметив про себя, что не стоило говорить только в прошедшем времени. - Но я, честно признаться, не уверен, что это связано только с контрактом. Мы хорошо друг друга знаем. Твои реакции, поведение, привычки, всё настолько хорошо известно другому, что это почти как действительно ощущать, - финн сделал неопределённые пассы руками, пытаясь помочь себе выдавить это объяснение.
"Боги, я хоть что-нибудь смогу ответить совершенно точно?" - хотелось закрыть лицо руками и спрятаться под столом от этих глупостей. Бесполезного наставника съедал стыд, но он никак это не показывал. Хоть здесь-то он мог всё сделать правильно?

Отредактировано Veinticinco de Mayo (2016-11-05 10:31:19)

13

- Хм, - издав не определённый короткий звук, девочка скрестила руки на груди и озадаченно нахмурила лобик, задумавшись.

Ей как-то в голову не приходила такая вроде бы простая и теперь, после слов Майо - очевидная мысль, что отделить только свои ощущения и мысли, от влияния паразита в этом случаи не просто и, наверное, во многих ситуациях, просто не возможно.

Подруги в голос и синхронно что-то отвечающие и реагирующие одинаково на одно и то же, или понимающие друг друга с полуслова, а то и вовсе с мимолётного взгляда. Когда выражение: «ты думаешь о том же, что и я?»; отражают в полной мере настроившихся на одну волну людей, без всякого там влияния паразита. Одинаковый ход мыслей, пересекающиеся вкусы и интересы, - верно ведь кто-то однажды сказал, что круг твоих интересов во многом определяют твои друзья. И это действительно так, как бы не плевались высокомерно уткнувшись носом в потолок ярые индивидуалисты и неизлечимые эгоисты, но люди не живут в вымышленном сферическом вакууме. И мысли и чувства их зависят от влияния окружающих. И чем ближе этот человек тебе лично, тем сильней его влияние. И попробуй тут пойми, ты злишься сейчас или грустишь, потому что переживаешь за этого человека, или тебе транслирует паразит по вашей связи контракта отголоски его чувств, и что больше из этого сейчас влияет на тебя?

- Как всё сложно! - неожиданно обессиленно вздохнула Светлана, опустив безвольно руки и откинувшись назад, запрокинула голову, уставившись на потолок, по которому рваной молнией кралась трещенка, тихо пожаловавшись неизвестно кому. – И почему всё должно быть именно так?

«Может быть, ничего нового и не изобретает и не даёт нам паразит, - отстранённо подумала Молотова, изучая перечеркнувший белую площадь узор, - а просто усиливает это наше восприятие по отношение друг к другу и стремление жить душа в душу? Говорят, любящие люди могут даже чувствовать, что другому угрожает опасность, не зная об этом… такие уж ли это сказки романтиков и девчат, которые хотят верить, что их нежные, но сильные чувства нечто больше чем просто химия гормонов?»

Девочка провела рукой по лицу и опустила голову, растерянно посмотрев на своего бывшего наставника. Разговор шёл совсем не так как она надеялась. Ответы ничего не проясняли и лишь множили вопросы и удобряли почву под неуверенностью – стоит ли это того? Проторёнными дорожками, на которые как она надеялась, укажет Майо, не пахло даже. Кажется, каждый тут шёл в слепую пробираясь сквозь заросли не ведая куда идёт и даже того, что оставляет позади, держа своего «партнёра» за руку, но даже его не видя.

И теперь Глория даже и не знала, что ещё можно было спросить, чувствуя себя, как ёжик в тумане, не видящий ни одного ориентира кроме собственного любопытного, и испуганного принюхивающегося носика.

Взгляд скользнул по кружке, пустой к сожалению. Что ж… хороший предлог взять небольшой тайм аут.

- Можно я сделаю ещё? – Девочка подтянула к себе кружку и, встав, с вдруг скрипнувшего стула, и прошла к не успевшему даже остыть толком чайнику. – Вам подогреть?

Щелчок, и он вновь зашумел, быстро догревая воду обратно до точки кипения.

- Это… больно? – Света полуобернулась облокотившись о столик с чайником.-  Заключать контракт когда, там… ничего страшного, не делают?

Немного подумав, девочка сообразила, что этот немаловажный и загадочный вопрос давно её терзавший, так и не был задан, и всё время почему-то умудрялся обходить разговор стороной, хотя она ведь думала над этим прямо здесь! И потому с ходу расширила свой вопрос:

-Когда вы решились с Керен, как вообще проходила эта... церемония? - Света чуть склонила голову, явно не уверенная в правильности подобранного слова, да ещё фантазия подобрала не лучшие образы подходящие явно для другого случая. Впрочем, они были всё же лучше чем другие, ранее ей представлявшиеся пессимистические воображения о процедурах от которых при одной только мысли становилось дурно и хотелось отпроситься сбегать в уборную, а любого предложившего заключить контракт и пройти через них слать так далеко, куда даже Глубинные не заплывают.

Но всё таки кораблику удалось закончить мысль:

- И там ведь была Адмирал флота, да? Прежняя...

[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

14

"Да, определённо не элементарно," - признался де Майо, хотя в слух этого говорить не стал. Всё из-за того же стыда, что периодически покусывал за пятки при каждом неуверенном ответе. Потому, видимо, он и не спешил отвечать на эти, как он надеялся, чисто риторические вопросы. Стоило, наверное, высказывать больше поддержки бывшей ученице, но в тёплых речах Ниеминен считал себя почти профаном, отчего и здесь не торопился вмешиваться. Эх да ах, кроме упрёков в свой же адрес финн ничего толкового придумать не мог.

- Да, пожалуй, - кивнул Два-Пять, отдавая кружку под новую порцию.
Там на дне как раз остался осадок, который ещё можно разбавить во что-нибудь вполне нормальное. Будет не так сладко, но и чёрт с ним. Ко всему прочему, Слава вновь задала вопрос. Да не самый ожидаемый. Снова.
Крейсер отчего-то нервно засмеялся. Ну, если так можно было назвать частый сухой кашель. Прикрыв рот и хмыкнув, он ответил:
- Да нет, не страшнее приёма у врача.

Или всё же чуть страшнее, трудно сказать. Во всяком случае, Вейнтисинко припоминал свои собственные старые тревоги на этот счёт. И они, оказывается, не только у него такие же. Детское подозрительное отношение к докторам, очевидно, присуще многим. Ведь именно эти люди находят у тебя какие-то пакости, когда ты сам их не чувствуешь. И именно они прописывают уколы или какие-то странные, мистические штуки.
- Никаких иголок, как я помню. Просто ложишься на специальную кушетку, к тебе прилепляют всякие датчики, провода, - финн потыкал указательными пальцами перед собой, дополняя описание. - Проблема только, что со всем этим делом заснуть надо. А потом, ну... - чуть замявшись, Онии завёл руки за голову и от всей души взлохматил затылок, надеясь, что так всякий кавардак из головы уйдёт. - Ну, корабельные воспоминания. Как самые первые сны про море, только в упорядоченном виде. От самого начала и до конца. И рядом будет адмирал, - глядя куда-то в сторону, продолжил Два-Пять. - С ним всё станет... иным?

На самом деле, ощущения в тот момент складывались куда более сложные. Но передать их словами Май даже не попробовал, слишком уж насыщенно всё было. Хотя...
- Потом будешь несколько дней в смятении ходить с кашей в голове, - попробовал он всё же пояснить. - Ну, ещё всякие мелкие неприятности вылезут, наверное. Температура там, суставы ломить будет, ещё что. Но ничего критичного, - поспешил заметить тяжёлый крейсер, опасаясь "спугнуть" Славу.
Они и без того не особо продвинулись и не сошлись на какой-то конкретике, а тут он с такими заявлениями. Непорядок будет, если девушка из-за запишет лишний минус в списке достоинств и недостатков вторичного контракта. Можно было, конечно, предположить, что лёгкий крейсер совершенно не переваривать виды и запахи больницы, отчего вся процедура уже бесповоротно окрасилась в негативные цвета. Но в это не так сильно верилось, а потому Онни чуть-чуть успокоился на этот счёт.

- Ахм, ну, - вновь задумавшись вслух, протянул Вейнтисинко, - не без неё. Без её одобрения тогда ничего не делалось. Впрочем, и сейчас, скорее всего, без Адмирала Флота вторичный контракт не заключить.
Вроде бы впечатляющий человек, а вспомнить все черты де Майо не мог. Воспоминания походили на старую, затёртую фотографию - ты ещё можешь найти на ней себя или определённого человека, но все мелкие черты давно выцвели или даже попали на трещину. Что он мог сказать о ней? Длинные волосы, статная фигура и ясный взор? Да боги, собирательный образ героя какой-то, а не описание реального человека.
- Она была первой в этом деле, - вместо внешности Ниеминен решил затронуть чуть-чуть истории. - И её понимание контракта, видимо, выходило далеко за ту область, о которой мы знаем.
Получалась целая теория заговора, аж страшно становится.

Отредактировано Veinticinco de Mayo (2016-11-18 10:49:52)

15

Майо выбрал не самый приятный Свете для ассоциаций пример. Ведь где «врач», всегда: болезни, боль, ранения, и порой сама смерть; и один безотрывно связан со вторым, подспудный страх пред которым у молодого кораблика за год службы не то что не успел, но да же не думал и пытаться выветриться. Её саму всегда удивляло то как легко ко всему этому относились многие другие, хотя ей и казалось, что многие из этих многих, как и она просто не говорят о своих переживаниях, скрывают не надеясь на ответное утешение и сочувствие, и не желая выглядеть слабыми и жалкими. Вот и Майо сейчас, казалось, получив такой вопрос рассмеялся бы, если бы не закашлялся. Отчего стало по не воле немного обидно.

«Издевается… мы к ним обычно с оторванными конечностями попадаем,» - взгляд невольно скользнул к ногам инструктора.

- Вот как… - состроив в ответ кислую мину, девочка приняла кружку и поставила её рядом со своей, дожидаться пока докепит чайник. И видимо, то ли на её лице слишком уж явно отразились её мысли, то ли он сам сообразил, что девчушка отталкиваясь от его краткого пояснения, вопреки заверениям, могла себе на воображать «страшного» с лихой, но Майо поспешил уточнить свои собственные слова, расписывая то что ему довелось пережить когда-то давно.

Так что не успев толком обидеться, она с интересом продолжала слушать сбивчивую речь с трудом подбирающего правильные слова инструктора, наверное вообще не привыкшего к тому, что бы приходилось кому-то рассказывать о сложных гаммах собственных чувств, да ещё с таким изрядным сроком давности успевших поблекнуть воспоминаний. Нарисованная же им не уверенными мазками картина процедуры, со стороны и вправду не казалась пугающей. Не более чем пройти МРТ какое-нибудь: никаких тебе шоковых террапий, игл длиною в палец втыкаемых в мозг или шею, как в фильме про виртуальную реальность, ни трепанации черепа и вживления какой-нибудь гадости. Лишь последствия в виде “мелких неприятностей” немного настораживали, словно после процедуры человек переболевал простудой.

Но это лишь чуть настораживало не более, чего-то подобного ведь она и сама ждала, что поначалу будет твориться в голове и с чувствами какая-нибудь белиберда, пока разум не разложит всё по полочкам привыкая к новой связи и чужим ощущениям. Так было в некотором смысле и с паразитом в первое время… да и сейчас порой. Даже “ломка” тела казалась вполне логичной, ведь канмусу становилась «сильнее», менялась, быстро и стремительно, так не удивительно, если бы ощущения были как после внезапной тяжёлой тренировки после долгих месяцев беззаботного сидения на попе с подниманием тяжестей не больше чем наполненная супом ложка.

На этом фоне щелчок чайника остался не замеченным для задумавшейся девочки. Слишком уж её захватило представление всего этого и слова: "С ним всё станет... иным". Последнее и притягивало и пугало пуще остального. И пугало, наверное, девочку отчаянно пытавшуюся сохранить ту Себя прежнюю, всё же больше. Может потому она и не вцепилась клещом в Майо с жадными вопросами: ”а как это, иначе”? Ну и ещё потому, что понимала, что ему трудно будет связно передать словами то, что надо именно почувствовать.

Вместо этого ей на ум пришла из воспоминаний старая байка сформировавшаяся в совсем дурацкий вопрос слетевший с губ сам собой:

- Только небольшая ломка? Не было видимых физиологических изменений?

«Ага, рога к примеру. Слово-то какое, прямо проф биологии с сухими формулировками,» - Света отчего-то усмехнулась собственной мысли затесавшейся невпопад среди раздумий о словах Майо. Иногда ей казалось, что она стала слишком «не по человечье» изъясняться. Уже упомянутая сухость и неестественная косность речи и жестов. Разговоры на чужом языке определённо не шли ей на пользу и очень печалило, что не было рядышком никого, с кем можно было бы пообщаться на живом родном... ну разве что Варька. Свете захотелось сходить к рыженькой, но она не успела даже толком подумать о том с чем навестить её, как допрашиваемый успел перескочить на личность адмирала, и Света в очередной раз с удивлением посмотрела на «престарелого» канмусу.

- Почему-то я не слишком удивлена, - вопреки своему же виду, вздохнула девочка, раскачиваясь на краешке высокого стола, словно школьница бездельчившая на перемене. – После всего этого. Интересно даже, как много она оставила этому… э - девочка осеклась, украдкой глянув на инструктора, - то есть, новому адмиралу флота? Как много он знает. О контрактах. В сравнении с Ней.

Замерев Молотова прикрыла глаза и склонила голову на бок, пытаясь тщетно представить прошлую АФ. Выходило не очень. Как-то она была безнадёжна далека в её воспоминаниях, на которых остался не самый приятный отпечаток.

- Странно, раньше как-то я никогда не задумывалась, но она ведь была очень скрытным человеком. ОВМФ на самом деле ведь не большой, что бы самый главный был недосягаем. И она ведь жила всё это время здесь, с нами. Но когда пытаюсь вспомнить что-нибудь, то в голове пусто, словно речь о человеке которого встретила мельком в дорожном переходе с год назад. Ни лица толком, ни даже имени. Как-то.. неправильно, что ли?

Света мотнула головой сбрасывая неясный образ вставший перед глазами и сжала кулаки.

«Да к Чёрту её!» - вспылила в груди злость, резкая и жгучая. Взгляд заметался по комнате, ища за что бы зацепиться, и остановился на чайнике.

- о… забыла совсем.

[AVA]http://s1.uploads.ru/t/qPvRt.png[/AVA]

16

Вот умеет же Слава задавать вопросы, ответы на которое нельзя было так просто подобрать. В этот - очередной - раз де Майо пришлось серьёзно погрузиться в воспоминания. С одной стороны, так сразу каких-то потрясений в тот период он припомнить не мог, дескать, "ух ты, а этого здесь не было". С другой - крейсер никогда не увлекался самолюбованием, чтобы вот так с первого взгляда обнаружить что-то необычное. Да и после стольких травм, которые он пережил, перестаёшь как-то удивляться новых шрамам, отметкам или чему-то подобному.
Оставалось только покопаться в прошлом, вдруг что-то эдакое могла найтись. Или нет.
Состроив лицо типа "а чёрт его знает" и протяжно вздохнув, финн всё же ответил:
- Чего-то серьёзного не припомню. Ничего лишнего, во всяком случае, не появилось, - или он так хотел верить.
Впрочем, Вейнтисинко тогда не особо было время, чтобы прочувствовать нового себя. Недомогание после заключения контракта ещё не прошло, как им пришлось возвращаться на Кипр. А это получился весьма неплохой бессонный перелёт, после чего он ещё дня два ходил, как амёба, стараясь не уснуть где придётся. В таком состоянии пойди пойми, что спина у тебя болит не из-за неудобного кресла, а по какой-то более мистической причине.

- Хотя, что-то неявно, наверное, всё же было, - задумчиво пристукнув пятками, добавил Два-Пять, - мне тогда почти сразу показалось, что надо увеличить физические нагрузки. Впрочем, это могло быть чисто из-за психологического эффекта. Дескать, ух ты, с контрактом же я теперь сильнее, а на деле всё из-за усиленных тренировок.
Он тогда действительно оказался на каком-то подъёме: больше грузы, больше подходов, дольше занятия. Ему даже разок намекнули сбавить обороты, чтобы чего не случилось от избытка усердия. Впрочем, даже с этим ему было далековато до ребят из числа флагманов. Хотя и не настолько, как было ранее. Ниеминен просто искренне в это верил.

Наблюдая за тем, как едва заметный пар вьётся из чайника, Онни продолжал слушать девушку.
- Ну, что-то он определённо должен знать, - уклончиво ответил Май на размышления лёгкого крейсера.
В общем-то, ведь не его поля заботы, знает что-то существенное новый Адмирал Флота или ему в наследство достались лишь сухие инструкции по процедуре. Да и про вторичные контракты финну было известно не в виду его должности на Центральной Базе, а потому что он сам стал "подопытным" участником. Ко всему прочему, участником ещё и добровольным, не задававшим столько вопросов - как, например, Слава - и не сомневавшимся столь же сильно.
Что-то Вейнтисинко в этом деле и интересовало, но он смог обойтись без подробностей. Для таких только и знай, как правильно подключить к нему провода, не вдаваясь в раскрытие смысла. Лишь бы человек верил. Два человека - адмирал и носитель паразита - верили. Может даже статься, что это и являлось одним из важных факторов. Эта мистика даже вписывалась в общую картину, научного объяснения которой де Майо чётко не представлял. Медицина, конечно, не его профиль, но он был уверен, что понимает этот раздел достаточно хорошо, чтобы оценить возможность или невозможность того или иного случая.

- Наверное потому, что мы не из первого поколения, - грустно пожал плечами тяжёлый крейсер.
Он тогда задавался вопросом, какого это быть первопроходцем. Слухи тогда - да и сейчас - ходили не самые красивые. Ко всему прочему, обстановка ясно кричала о прошлом ОВМФ - решётки на окнах, ржавые кандалы на складах, эти мощные стены, защищавшие базу не от моря, а сушу от базы. И был среди этого Адмирал. Её окружали противоречивые слухи, но некоторые из них звучали довольно... захватывающе.
- Говорят, для них она была вместо матери, - рискнул добавить он столь непроверенный слух.
И сделал это он больше для себя - его как-то даже заинтересовало, что тогда происходило на самом деле. Хотя, Онни и раньше размышлял об этом, но только сейчас он оказался довольно высоко, чтобы взглянуть на ситуацию иначе. И узнать больше. Во всяком случае, теперь есть у кого спросить, не боясь тыкать пальцем в небо.

- Кстати, а почему ты пошла к Фурии? - неожиданно спросил Вейнтисинко, когда Слава принялась разливать кипяток по чашкам. - Ей всё-таки должно быть больше известно.
Да, начальствующую канмусу часто называли мегерой и бестией - что, вот ирония, почти соответствовало её имени, - но неужели она внушала такой трепет младшим, что те старались даже по таким важным вопросам её избегать?

Отредактировано Veinticinco de Mayo (2016-11-23 06:34:47)


Вы здесь » Kantai Collection FRPG » Мирное время » [ЦБ] 06.04.2025 “Майо”


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC